Эдвард Барбер и Джей Осгерби: разговор о современном дизайне

Британские дизайнеры Эдвард Барбер и Джей Осгерби, Barber&Osgerby пропагандируют интеллектуальный дизайн, настаивают на главенстве заботы об окружающей среде и рассказывают ИНТЕРЬЕР+ДИЗАЙН о том, почему скоро исчезнут столы. 

О рабочем процессе Мы всегда начинаем работу над проектом с краткого обсуждения. И обязательно фиксируем все мысли в виде документа таким образом, чтобы в процессе можно было вернуться к первоначальному замыслу. Фокус часто теряется, особенно когда работают сразу двое. Бывает, что проект развивается одновременно в противоположные стороны, и вот тут помогает первоначальный манифест: он возвращает нас к отправной точке. Когда есть согласованное вербальное описание проекта, мы приступаем к наброскам и рисуем до тех пор, пока идея не обретет форму. После наступает очередь изготовления модели в масштабе один к одному.
Мы тестируем, что получилось, до тех пор, пока результат не будет устраивать нас обоих. Самое сложное — это понять, когда проект уже завершен и не нуждается в дальнейшем совершенствовании.
У нас не принято приступать к компьютерной проработке до тех пор, пока мы не чувствуем себя спокойно и уверенно за результаты тестирования модели. Мы всегда сами используем прототипы около недели, прежде чем показать результат клиенту. Таким образом, к моменту демонстрации мы совершенно уверены в результате и готовы отстаивать нашу позицию в аргументированной дискуссии. 

Cтол Loop, диз. Barber&Osgerby, Cappellini.

О первом успехе Мы  работаем со множеством известных ме­бельных брендов: Vitra, Glas Italia, Established & Sons, Cappellini, ClassiCon, B&B Italia, Knoll, Dedon, Flos, Hansgrohe, Mutina, Magis, Louis Vuitton, Venini, Authentics.  Но самый запоминающийся опыт — тот, с которого началась наша карьера, когда мы были еще студентами лондонского Королевского колледжа искусств. Это стол Loop. Первоначально его спроектировали для ресторана, но бюджет проекта совершенно не оставлял надежды на то, что стол когда-нибудь будет создан в натуральную величину и в предусмотренном нами материале. Картонная модель стола простояла на полке шкафа в нашей студии больше года, прежде чем мы решились сделать настоящий прототип. Дело в том, что кажущаяся простота этого стола требует почти запредельной аккуратности от фабрики: стол состоит из двух идентичных секций гнутой фанеры, которые должны быть соединены без единого намека на стыковочный шов.

«Главное, что дает нам силы продолжать работу, — видеть наши объекты в домах по всему миру».

Наш запрос на производство бесшовного предмета привел нас в итоге к Крису МакКурту, торговцу мебелью и предметами из дерева в Восточном Лондоне. Он также оказался владельцем фирмы Isokon Plus, на тот момент одной из самых продвинутых мебельных компаний: ее в 1935 году основал Марсель Бройер, и в ней чувствовался дух исследователей начала прошлого века. Стол Loop произвел такое впечатление на Криса, что его немедленно включили в мебельную линейку. Стол показали на Лондонской выставке дизайна в 1997 году. Тогда же появился журнал Wallpaper, и его редактор Тайлер Брюле (Tyler Brûlé) пригласил спроектировать для журнала выставочный стенд. Одним из элементов оформления был стол Loop, где его заметил Джулио Каппеллини. На следующий год стол был уже в коллекции Cappellini, и позже, по просьбе Джулио, мы расширили линейку Loop до коллекции. А вот по-настоящему международное признание пришло после проектирования Олимпийского факела для Олимпиады в Лондоне. Это был поворотный момент в нашей карьере. 

Факел Олимпийского огня для летней Олимпиады в Лондоне. Алюминий. Перфорация (8000 отверстий). 2012.

О глобальном развитии Наша когда-то небольшая студия сейчас больше напоминает целый концерн. В 2001 году мы основали Universal Design Studio: это подразделение ориентировано на архитектурные проекты. В 2012 году мы открыли MAP — отделение, отвечающее за индустриальный дизайн. Оно занимается работой для большого числа компаний совершенно различной направленности: от Fortnum & Mason до Honda. Cовсем недавно оба подразделения: MAP и Universal Design Studio, совместно с IBM объявили о разработке первого квантового компьютера Q System One, предназначенного для использования в бизнесе. Это исторически важный проект, позволяющий коммерциализировать этот квантовый компьютер и в разы уменьшить его масштаб и сложность в эксплуатации. Теперь по факту мы представляем объединение из трех самостоятельных студий, работающих сообща. В определенном смысле это разнообразие направлений отражает диверсифицированный британский рынок, нуждающийся в работе дизайнеров. 

Primavera, диз. Barber & Osgerby. Mutina.

О материале Несмотря на весь спектр технологичных материалов, нашим любимым до сих пор остается дерево. Точнее, «дерево» — это одно слово, обозначающее невероятный круг возможностей. Дерево — про тактильность, тепло и душу. Из различных видов дерева легко сделать совершенно различные по характеру вещи. Есть твердые сорта дерева, похожие на металл. И есть такие, которые можно практически вылепить руками, до того они мягкие. Такого разнообразного сочетания свойств больше нет ни у одного материала. Из металлов мы бы выделили алюминий: его легче всего использовать повторно и делать это столько раз, сколько пожелаешь, он прекрасно плавится и восстанавливает свои свойства. Его легко обрабатывать на станках различного типа, и он отлично поддается процессу анодирования, а мы используем анодированный металл очень часто. 

О цифре Нас часто спрашивают, каким образом на нашу жизнь влияет  дигитализация всех процессов в дизайне. Разумеется, технологии, помогающие оцифровывать наброски и делать модели, чрезвычайно полезны, однако мы до сих пор не меняем наш привычный подход к дизайну со студенческих времен. Мы больше фокусируемся
на набросках и производстве моделей, чем полагаемся на компьютерные технологии. Нам не нравится, когда кажется, что вы понимаете всю суть дизайна, глядя на компьютерный экран. На самом деле вы его не видите и не понимаете. 

Кофейный столик Aes, диз. Barber & Osgerby, Hermès.

Об устойчивом дизайне Прежде чем мы серьезно рассмотрим предложение о сотрудничестве, мы должны убедиться, что эта компания придерживается принципов устойчивого дизайна. В идеале мы бы хотели, чтобы вся наша работа соответствовала этим принципам. Разумеется, сложно найти фабрику, которая занимается производством вещей исключительно из переработанных материалов, однако движение в этом направлении — единственное, что удержит любую фирму на плаву в ближайшие годы. Более того, кто не сможет быстро адаптироваться к новым условиям, тот неминуемо разорится. Нужно научиться не только использовать переработанные материалы, но и стремиться к тому, чтобы сами предметы можно было потом так же легко переработать. И к тому же эти вещи должны служить долго, прежде чем они выйдут из строя. Их должно быть легко транспортировать, чтобы уменьшить стоимость доставки, ведь часто речь идет о перевозке через океан. 

Американский гигант информационных технологий IBM объединил усилия с двумя известными лондонскими студиями: Map Project Office и Universal Design Studio, для создания первой в мире интегрированной универсальной системы квантовых вычислений Q System One.

Устойчивый дизайн — это главный тренд сегодняшнего дня. Он о том, чтобы производить лучше и покупать осмысленнее. Все материалы, которые мы используем, должны соответствовать новым экологическим стандартам и уменьшать углеродный след от перевозки каждого продукта. К примеру, наш стул для Knoll, который мы сделали в 2017 году, выглядит как полноценное мягкое кресло. Однако конструкция позволяет его разобрать на отдельные панели и сложить стопкой. Кроме того, сама основа выполнена из высокопрочной стали, за счет чего появилась возможность уменьшить каркас до супертонких профилей вместо привычных массивных. Не представляете, какая экономия материала (и в конечном итоге стоимости) получается, если уменьшить профиль всего на пару-тройку миллиметров, не говоря уже о паре сантиметров. Иначе как дизайн сможет сделать мир лучше?

Кресло Pilot, диз. Barber&Osgerby, Knoll.

О мобильности Развитие другого глубинного тренда мы наблюдаем уже много лет. Меняется манера людей работать. Происходит переход от статичной манеры сидеть за рабочим столом к более гибкой организации работы. Этот переход заметен по всему миру, не только в определенных странах: на него влияют новые электронные устройства, позволяющие сделать офис где угодно. Все большее распространение получают коворкинги. Можно сказать, что рабочее место и кабинет претерпевают ту же трансформацию, что и столовая. Они постепенно исчезают как архетип. Дни столов, если можно так сказать, сочтены.

Все, что нам нужно, — это по-настоящему удобное сиденье или комфортное окружение для того, чтобы находиться в нем длительное время. Любопытно, как мобильные технологии упростили жизнь и повлияли на положение человеческого тела в пространстве. А ведь еще совсем недавно, лет двадцать назад, большинство производителей утверждали, что человечеству нужна мебель в тех же объемах и том же качестве, что и раньше. Сейчас об этом занятно вспоминать. 

О креативном классе В сотрудничестве с фабриками мы никогда не соглашаемся на стандартные формулы расчета с дизайнерами, нам приходится отвоевывать дополнительные условия в свою пользу. И это правильно — дизайнер не может быть таким «бедным художником» современности, иначе он просто не сможет содержать свою студию. Особенно нас волнует ситуация, сложившаяся вокруг креативного класса. Государство уверено, что креативный класс — это нечто, существующее само по себе и при любых экономических условиях. И сколько ни поднимай плату за обучение или аренду студий, все будет оставаться на тех же местах. Но мы уже наблюдаем, как многие студенты сдаются под гнетом экономических обстоятельств и в отсутствие государственной поддержки.  

Двухфунтовая монета, выпущенная в честь 150-летия лондонского метро. 2013.

О счастье и времени Главное, что дает нам чувство удовлетворения и силы продолжать работу дальше, — видеть наши объекты
в домах по всему миру. Это удивительное чувство. Взгляд дизайнера довольно специфически настроен, и нам самим сложно оценить собственные проекты. Мы часто видим не цельный завершенный объект, а те сложности, которые преодолены в процессе его создания. К счастью, большинство наших друзей никакого отношения к дизайну не имеет, и у них, надо сказать, куда более здоровый взгляд на вещи, чем у нас.
И вот, когда мы получаем от них хорошую оценку своих усилий, это чертовски приятно. Точно так же и с участием в выставках: мы пытаемся создать вещь, которая понравится другим людям,
но никогда не знаем, произойдет ли это. 

Арт-галерея Kurimanzutto. Мехико.

Мы слишком интенсивно работаем и много размышляем о назначении дизайна и его этике. И единственная вещь, которая для нас имеет статус роскоши, — это время. Когда оно есть, мы путешествуем. Из недавних впечатливших нас пространств — знаменитая арт-галерея Kurimanzutto в Мехико. Она специализируется на представлении мексиканских художников и ориентирована на инновации. Там удивительное сочетание простоты и силы, которое близко нам самим и которое мы нечасто встречаем. В Лондоне, если позволяет время, мы идем гулять
на Church Street Marylebone: там много антикварных магазинов, где всегда можно найти неожиданное и выдающееся. Для нас обоих есть только один общий критерий выбора предмета для дома: вещь должна иметь душу. 

Теги:
Автор:
Фото:
Alisa Connan, Dan Wilton

Читайте также

Лучшее за месяц