Мариска Диетц (Mariska Dietz): экстравагантный дом в Амстердаме

Мариска Диетц (Mariska Dietz): экстравагантный дом в Амстердаме

Кураж, энергия, юмор — ориентиры дизайнера Мариски Диетц. Экстравагантность лучше заурядности — ее жизненное кредо. Образцом стиля Мариски по праву можно считать ее собственный дом. Гуляющие вдоль амстердамских каналов туристы и не подозревают, какое чудо скрывается в здании рядом с бутик-отелем The Dylan на Кейзерсграхт: там, где раньше располагалась фотостудия, дизайнер создала яркий, полный цвета и невероятных вещей интерьер. Здесь она живет, работает и общается с клиентами. «Тренды? Не интересуюсь.  Не для того, чтобы выделиться, а просто я так чувствую», — говорит Диетц. И ей веришь.

Мариска Диетц в винтажном кресле Emmanuel. Рядом торшер, диз. Р. Хоубен, Decorum.

 Специального образования Мариска не получила, зато с детства любила компоновать натюрморты, а новому платью предпочитала красивое зеркало или статуэтку. «Родители порой за голову хватались, когда я в очередной раз перекрашивала стены». Карьеру дизайнера начинала, как многие дамы в этой профессии. Сначала оформила собственную квартиру, потом помогла друзьям, после чего посыпались заказы. А через некоторое время Диетц запустила собственный бизнес. Компанию назвала Maris Haute Design (Марис — ее официальное имя). Тем самым хотела сказать, что предлагает элегантные, сшитые по меркам интерьеры. И все же лучше всего ей удается направление «безбашенный микс». Иногда ее даже называют «голландской Келли Уэстлер» за бесстрашие в соединении красок, узоров и стилей, хотя сама Мариска полагает, что Келли по сравнению с ней чересчур эксцентрична.

Диетц заменила рифленые покрытия потолка бывшей фотостудии на красивые панели из стекла. Благодаря чему столовая буквально купается в дневном свете. Столешница опирается на золотую голову овна — винтаж 1970-х Мариска купила в Лондоне.

«Не перестаю удивляться, сколько в мире прекрасного, чтобы подпитать воображение. Когда вижу закатное небо, смотрю фэшн-шоу или альбом с ювелирными украшениями — сразу ощущаю приток энергии. Можно назвать это вдохновением». Бизнесвумен ощущает ответственность по отношению к обществу. Хотела бы, например, спроектировать место для безнадежно больных. В Мали реализует проект коммуны для женщин, которые занимаются ручной окраской тканей. «Моя работа — кислород для жизни. Недавно у меня был большой проект во Франции, такой сложный, что походил на военную операцию. А потом моей подруге исполнилось 50, и я организовала ей праздник. Незатейливая вечеринка на ее яхте — вроде бы ничего особенного. Но мне хотелось, чтобы эффект был столь же ошеломительным».

Комната-оазис — любимое место хозяйки. Благодаря зеркальной стене она кажется вдвое больше. Торшер, диз. Р. Хоубен для Decorum. Декор стены: Hautvas and Cuyvers.

 Базисные истины интерьерного дизайна, вроде тех, что симметрия вносит гармонию, а маленькие, плохо освещенные комнаты надо красить в светлые краски, — их Мариска категорически отвергает. «Почему все должно быть белым и минималистичным? С помощью цвета в маленьких темных комнатах вы можете создать подобие уютного кокона. Важно, чтобы оттенок подходил месту и людям, которые там живут. На Ибице белый будет очень хорош, но в Андалусии я присмотрела бы для стен что-нибудь другое. Дом — средство вашей идентификации, питательная среда для вашего Эго, которое стоит того, чтобы его лелеяли. Это важно». В своем доме она придала стенам синий, бордовый, изумрудный цвета. Самая темная комната — спальня: выкрашена в темно-коричневый оттенок «какао».

На креденце хозяйка выставила коллекцию «золотых» ламп. Среди них «Ананас», Maison Jansen, 1970-е.

Жители Северной Европы тоскуют по экзотическим краям. Мариска спроектировала для своего дома кресла и диваны, которые несложно представить во дворце турецкого султана Топкапы в Стамбуле: на низких кутаных базах, украшенные позументом, с круглыми валиками. Они дополнены подушками в ткани, привезенной из Узбекистана. Неподалеку канделябры-арапчата родом из Венеции, керамические головы мавров из Сицилии — подобные предметы увлекательно рассматривать.

В салоне доминируют плотные насыщенные краски. Диван с позументом, диз. М. Диетц. На стене работа бельгийца Ф. Меербергена. На переднем плане стул М. Бомана. На диване подушки в ткани из Узбекистана.

В доме Мариски можно увидеть боголан — так называется традиционная одежда в Мали, а также метод производства идущей на нее ткани и сама ткань. Полоски текстиля шириной примерно 10 см, сотканные вручную, сшиваются в единое полотно. Ткань окрашивают пигментами, полученными из древесной коры и сухих листьев, также вручную, а потом промывают в речной воде, после чего она приобретает характерные землистые тона. Окраской занимаются женские кооперативы, один из них поддерживает Мариска, в том числе и материально. Своем доме дизайнер использует богалан  в роли зонирующей перегородки. 

Обилие золота, статуэтки слонов, пантер и тигров, джунгли на стенах — обстановка на грани китча. Однако «правильные» вещи вроде современных кресел дизайна Жан-Мари Массо для Viccarbe или хрестоматийных моделей  Марко Дзанузо 1950-х для Arflex возвращают в реальность, на территорию хорошего вкуса. «Интерьеру необходим юмор! Нехорошо, когда все безупречно и слишком серьезно, без изъянов и ошибок. Я приветствую отклонения в любую сторону — до тех пор, пока общая картина остается приемлемой».
 

Теги:
Автор:
Фото:
Kasia Gatkowska, Baukje Beetsma (продюсер)