Патрик Норге (Patrick Norguet): приключения самоучки

Патрик Норге (Patrick Norguet): приключения самоучки

Французский дизайнер Патрик Норге (Patrick Norguet) с легкостью переходит от люкса к предметам самого широкого потребления и показывает ощутимые результаты для Louis Vuitton, Cassina, Tacchini, Kristalia, Alias, Artifort, Cappellini, Bernhardt Design — брендов, без которых немыслима современная история дизайна. Его карьера — это увлекательное путешествие слесаря, который стал  художником. «Хорошо спроектированный объект — это хорошо осмысленный объект, — говорит Патрик, — Вокруг которого, в полной мере, проявлено сотрудничество дизайнера и производителя. Именно такой объект имеет основание называться вневременным».

«Я родился в Туре в 1969 году, там же окончил среднюю школу. Но у меня оказались нелады с системой и я попал в профтехучилище. Освоил профессии токаря, фрезеровщика, слесаря... Но в шестнадцать трудно жить работая, иногда в три смены. После небольшого перерыва я был принят в инженерную школу. Там обнаружил, что дизайн влечет меня все больше и больше. Через рациональное стало проступать более творческое восприятие предмета».

После окончания инженерной школы Патрик Норге переезжает в Париж. Начинаются четыре года в ESDI (Высшая школа промышленного дизайна) — обучение, которое он оплачивает самостоятельно, открывая столичную культуру, музеи, проглатывая столь разнообразные курсы: дизайн интерьера, графический дизайн, промдизайн. Плюс четыре года работы над прототипами и изучение корпоративного подхода.

В 1999 году, благодаря поддержке VIA, Патрик Норге представляет свои лампы в рамках Talents à la Carte на выставке maison & objet. Его имя понемногу становится известным. «Однажды утром вы просыпаетесь и раздается звонок от Louis Vuitton: вам предлагают принять участие в конкурсе на разработку концепции витрин для глобальной сети магазинов LV. Я принимаю участие, побеждаю, и руководитель отдела коммуникаций предлагает выйти на следующий этап — производства... Два года я проработал в LV».

Карьера в Louis Vuitton — своего рода визитная карточка, которая дала возможность сотрудничать с Dior, Guerlain, занимаясь сценографическими и экспозиционными проектами. «Это позволило мне позиционировать себя независимым в финансовом отношении и смело отказываться от работы, которая была не моей. Параллельно, я начал разрабатывать собственные проекты и прототипы, например, Rainbow chair. Недавно он был продан за 36 000 долларов на аукционе Philips в Нью-Йорке».

Стул колл. Rainbow, Cappellini. 2000.

Именно Rainbow chair заинтересовал в год Миллениума Джулио Каппеллини. В апреле 2000 года стул-радуга положил начало долгому сотрудничеству с ведущим брендом итальянского дизайна — Cappellini. «Для меня это был эпизод. Но уже в 2001-м на меня буквально обрушились заказы от  итальянских и неитальянских мебельщиков, включая знаменитый Artifort»

Кресло колл. Apollo, Artifort, 2002.

 
«Бренд Artifort, который имеет ту же силу, что и Vitra, и Cappellini, позволил мне непосредственно прикоснуться к гениальному наследию Пьера Полена. Мой Apollo должен был точно вписаться в историю Artifort».

Не только европейский мебельный люкс стал издателем творчества Патрика Норге. Дизайнер остается известным автором на Елисейских полях, определив, в частности, стиль бутиков Lancel. «Работа с Lancel — это был очень непростой проект. Два года корректировок и оттачивания идей. Lancel — это 3500 магазинов и нужно было попасть в точку для всех».

Интерьерное решение Okko Hotels Lyon. 2014 .
Интерьерное решение для Okko Hotels Cannes. 2016.
Интерьерное решение для Okko Hotels Cannes. 2016.
Интерьерное решение для Okko Hotels Cannes. 2016.


«Мне претит работа с так называемыми арт-директорами компаний, которые создают ненужный барьер между производителем и дизайнером. Работа через посредника не для меня. Дизайнер — это не только имя, подпись. Это еще и команда, которая должна жить и держаться на плаву.»
 

Теги:
Автор:
Фото:
предоставлены пресс-службой компании