Александра Винер, Viner Design Group, — победитель премии Design.now 2025/26 в номинации INTERIOR, подноминация «Общественные пространства, офис». При работе над проектом Дома русского бильярда «Москва» ей предстояло создать новую точку притяжения в городе и возродить отношение к бильярду как в первую очередь интеллектуальной игре. Пространство площадью 4200 кв. метров находится в бывшем клубе фабрики «Свобода», авангардную архитектуру которого спроектировал Константин Мельников в 1927–1929 годах. О ДНК проекта и работе с архитектурным наследием Анна Уколова, INTERIOR+DESIGN, поговорила с автором.
По теме: Постижерная студия Wig Dealers в стеклянном кубе: проект Viner Design Group
Какую идею вы заложили в проект?
Задача была не создать «красивый интерьер в историческом доме», а разобраться, что именно здесь происходило и как это можно продолжить. Мельников строил клуб фабрики «Свобода» как место, где люди собираются по-настоящему: смотрят кино, общаются, отдыхают. Бильярд — не случайный выбор: стратегия, интеллект, точность — все это рифмуется с тем, как сегодня устроена деловая и культурная среда. Сигарный клуб возник из самой архитектуры — цилиндрическая форма на фасаде буквально подсказала эту идею.
Как работали с архитектурой пространства?
Перед началом работ мы с реставраторами изучили все архивные материалы — обнаружили детали, которые никто уже не помнил, например, оконные проемы во двор, заложенные при поздних перестройках. Мы их раскрыли, установили высокие стеллажи, сквозь которые мягко проходит свет. Все окна пришлось делать заново — задача была в точном возвращении пропорций 1929 года. Мы работали с существующей сеткой колонн, которые определили планировку: на первом этаже появился ресторан с шоу-кухней, библиотека-гостиная, барная зона и американский пул, а второй этаж вместил тринадцать турнирных столов для русского бильярда.
Какие детали стали основой ДНК проекта?
Первое — геометрический паттерн из сетки оконных переплетов Мельникова: он встречается в покрытии пола, отделке стен и мебели, зонирует пространство и держит симметрию. Второе — золотистый шпонированный дуб, идущий панелями до определенной высоты, выше — все светлое, чтобы сохранить вертикаль зала. Третье — восстановленные треугольные люстры и трапециевидные формы на потолке и над баром, фирменные скосы Мельникова, найденные в архивах. При работе над интерьером смотрели на бразильских модернистов и скандинавский дизайн середины XX века, дополнили винтажными предметами советской эпохи. И, наконец, стальные работы с цветными пигментами из моего воркшопа.
