Вико Маджистретти: семь мыслей об альтруизме, красоте и победе дизайна

Вико Маджистретти (6.10.1920 — 19.9.2006) — классик итальянского дизайна, утверждавший, что «простота — это самая запутанная вещь в мире». Он был тем, что участвовал в программе послевоенного восстановления Италии и нового строительства. Ключевой фигурой в развитии миланской Триеннале и Ассоциации итальянскоих дизайнеров (ADI), одним из первых получил премию Compasso d’Oro. Он воспитал несколько поколений нынешних звезд (Джаспер Моррисон и Константин Грчич — самые известные его ученики) и всю жизнь преподавал в различных университетах. 

О сути работы дизайнера Дизайнер — это совершенно не тот человек, который может работать в одиночку. Да, он может что-то придумать, но потом идет с придуманным к другим людям. К технологам, к мастерам, работающим с материалами. Дизайнер — тот, кому нужны другие. Сомнение, перепроверка, бесконечное тестирование. Только совместный опыт может подсказать верное решение. 

Диван Maralunga для Cassina, в 1979 году получил высшую награду Compasso d'Oro.

О рождении дизайна в Италии Очень важно понимать, что именно люди делают дизайн, и что даже в стране, где нет ничего, может за 30-40 лет вырасти такая индустрия, которая перевернет весь остальной мир. В Милане в послевоенные годы была разруха. Но с 1945 по 1980 мы с друзьями создали такое явление как «итальянский дизайн». Конечно, можно сказать, нам повезло: у нас были самые образованные и прогрессивные промышленники в мире, понимавшие и ценность ремесла, и красоту современного производства. Но самое главное — они были готовы всё изменить, и сами искали нас, мало знавших в ту пору молодых архитекторов, чтобы вместе двигаться вперед. Одну из важных ролей сыграла в этом процессе миланская Триеннале: она была основным информативным инструментом. 

Настольная лампа Dalu для Artemide.

Об определениях Я бы не сказал, что те фабрики, с которыми я начал сотрудничать в 50-е и 60-е годы и которые начинали менять дизайн в Италии (Cassina, DePadova, Poggi), сильно изменились к 2000-м. Изменилась только манера говорить о дизайне. Сейчас лишком много пустой болтовни вокруг этого серьезного явления. Все обсуждают только красоту линии, когда единственное, что нужно обсуждать — это концепция.

Светильник Atollo для Oluce — самая известная лампа дизайнера. Долгие годы Маджистретти был арт-директором этой фирмы.

О больших тиражах Дизайн мне нравится именно возможностью производить вещи большими тиражами, поскольку в мое время было принято думать, что таким образом можно повлиять на большее число людей. Я действительно так считал всю жизнь, и мне эта точка зрения кажется верной. Кроме того, дизайн всегда ведет диалог с высоким искусством, вот это, пожалуй, в нем для меня интересней всего. Любопытно, чем закончится эта прекрасная битва между уникальным произведением искусства и массовой продукцией, которую я наблюдаю многие годы. Пока что, как мне представляется, победа на стороне дизайна. Представьте: вот бутылка кока-колы. Сама по себе она вполне ничего. Но если вы увидите бесконечные ряды этих бутылок, окажется, что это гораздо красивее, потому что повторение превращается в  отдельный декоративный прием.

Башня на Piazzale Аquileia (1962-1964) — любимое здание Маджистретти, построенное им самим в Милане.

О возращении к сделанному Я совершенно не склонен возвращаться к работе, которая уже закончена. Это как вернуться на место преступления. Посмотреть пристально на уже давно сделанное — значит, увидеть ошибки (по крайней мере я вижу только ошибки), и признать их. Но вместе с тем иногда бывает и так, что какие-то положительные чувства к проекту остаются: мое любимое здание — это жилой дом на Piazzale Aquileia в Милане. Вот на него я могу смотреть часто и подолгу без чувства сожаления.

Стулья Silver для De Padova, 1989.

О круговороте моды Мне не очень нравится, что дизайн стал частью такого же сезонного круговорота вещей, как и одежда в моде. Ведь это совершенно различные вещи. То, что должно использоваться годами (в идеале вы покупаете один стул минимум на десятилетие) меняется в угоду моде через пару лет. У меня даже термин есть для таких вещей: «проект для витрины». Их не должно быть в дизайне.

Подвесной светильник Huge Lyndon для Oluce, 1977.

О языке конструкции Единственное, что может помочь студенту в его занятиях дизайном — это общая культура. Классическая культура, на которой я воспитан, может дать совершенно все, в ней заложено понимание устройства мира, даже если темп жизни сейчас несопоставим с течением времени в прошлые века. Изучайте конструкции и говорите о дизайне на языке конструкции, а не в терминах внутренней декоративной отделки — и тогда у вас все получится.

Стол Vidun для DePadova, 1987.
Кресло Louisiana для DePadova.
Светильники Teti для Artemide.

Настольная лампа Eclipse для Artemide, 1966.

Теги:
Автор:
Фото:
предоставлены пресс-службами

Читайте также

Лучшее за месяц