Новые имена: Себастиан Анхелес — о «требовательном» подходе к дизайну и подлинной устойчивости
28 апреля 2026 г.
С чего начался ваш интерес к дизайну?
С самого детства я любил делать что-то своими руками. Я всегда был очень наблюдательным, мог часами проводить время в саду, разглядывая растения и цветы. Думаю, это сформировало мой способ видеть мир. Мне нравилось работать с глиной, создавать формы — от человеческих фигур до более абстрактных объектов. Изначально я хотел стать художником и собирался поступить в художественную школу, но затем открыл для себя дизайн, и этот мир полностью меня поглотил.
По теме: Новые имена: Олег Пигулевский — о предметном дизайне и проектах Antrum Studio
Я буквально одержим стульями — и остаюсь таким до сих пор. За годы работы я создал множество объектов, постоянно пытаясь перепридумать эту типологию. В последнее время я работаю более свободно: исследую формы без изначально заданной функции.
Меня вдохновляет природа, а также невидимые явления — время, звук, вибрации, связывающие нас друг с другом
Как выбор материала влияет на вашу работу?
Меня привлекает исследование сложных форм, и иногда материал становится тем, что делает создание объекта возможным. Например, меня завораживает бронза. Она настолько пластична, что может принимать любую форму, даже очень сложную. Я отношусь к материалам с уважением и не пытаюсь замаскировать один под другой, ценю то, что предлагает каждый: следы песка в бронзовом литье, шероховатости древесины, фактуру полированной латуни, пузырьки воздуха в стекле. Для меня материалы наделены собственным языком.
Какой проект в вашей практике был особенно значим?
Это серия Frequency. Идею подсказало высказывание Николы Теслы: «Если вы хотите открыть секреты Вселенной, думайте в терминах энергии, частоты и вибрации». Меня заворожила идея о том, что звук может обретать форму, влиять на тело и разум. Мы провели множество экспериментов, размещая песок на плоских поверхностях над динамиками и воспроизводя «целительные» частоты. Вибрации создавали геометрические симметричные узоры. В результате мы превратили их в серию предметов, которые приглашают к медитативному созерцанию. И в символическом, и в физическом плане меня интересовала эта идея заземления и резонанса.
Какие эмоции вы хотите передать тем, кто взаимодействует с вашими объектами?
Мне важно, чтобы люди дорожили этими предметами — но на глубоко личном уровне. Я всегда считал, что хороший дизайн — это то, с чем не хочется расставаться. То, что хочется передать своим детям, починить, а не заменить. Создавая сложные объекты из требовательных и дорогих материалов, я стремлюсь к тому, чтобы сделать предметы долговечными. Если мои работы помогают кому-то соприкоснуться с эмоциями, с более масштабными идеями — о Вселенной, вибрациях, нашем общем существовании — значит, они выполняют свою задачу. Я бы хотел, чтобы эти объекты переходили из поколения в поколение.
В этом я вижу подлинную устойчивость: вещи, которые сохраняют, ремонтируют, наследуют и ценят десятилетиями благодаря силе замысла, вложенного в их создание
В каком направлении вы хотите развивать свою практику дальше?
Сейчас я работаю над не менее амбициозными проектами с еще более сложными формами. На этом этапе для меня важно позволить себе полную свободу. Миру не нужно больше «обычных» предметов или исключительно функциональных решений. За последние десятилетия их создано более чем достаточно. Я хочу еще сильнее размыть границу между искусством и дизайном.
