Крис Коулмен (Chris Coleman): «роскошь — это стиль»

Крис Коулмен (Chris Coleman): «роскошь — это стиль»

Дизайнер Крис Коулмен (Chris Coleman) оформил апартаменты на Манхэттене в фешенебельном Верхнем Вест-Сайде.  Этот автор, базирующийся в Нью-Йорке, знаменит небанальным подходом к проектированию и даже заслужил прозвище Шоумен. «Всегда приятно, когда нечто таит в себе сюрприз, — объяснил Коулмен в эксклюзивном интервью журналу «ИНТЕРЬЕР+ДИЗАЙН». — Смотришь — вроде дом как дом, и даже не предполагаешь, что внутри может быть такое! Индивидуальность владельца, а также приглашенного дизайнера — вот что определяет образ интерьера. А не фасад и не квартал.

Автор проекта, дизайнер Крис Коулмен у кухни Poggenpohl, о кото- рой так мечтали его заказчики.

В данном случае моими заказчиками стала молодая пара с двумя детьми, уроженцы Венесуэлы. Апартаменты, которые они купили, были роскошными, но уж слишком стандартными. Мне показалось, что свежие, яркие краски подойдут этим людям гораздо больше. Примечательная деталь: обязательным условием заказчики поставили приобретение кухни Poggenpohl и бытовой техники Miele: в этой семье любят готовить и на кухонной территории доверяют только немецким брендам. Пространства в доме созданы гибкие, открытые, перетекают одно в другое. Материалы я выбирал такие, что это перетекание поддерживают.

«Роскошь применительно к интерьеру — не дворцовый зал и не сьют пяти-
звездочного отеля. Роскошь — это стиль. А также ремесленное качество, которое ощущается при первом же взгляде.»

Пол выложен белым кварцем, полированным до зеркального блеска. Стулья У. Платнера 1960-х и стол Т. Диксона — эти предметы объединяет основание из металла. Синий и желтый диски — работы неизвестного художника.

«Чаще обращайте внимание на комбинации оттенков, которые предлагают авторитетные интерьерные издания и топовые модельеры, фиксируйте их в мудбордах и альбомах.»

На полу плиты белого кварца (к слову, это моя любимая отделка). Они же и на потолке, отчего апартаменты кажутся больше и просторнее. Очень долго, в течение нескольких месяцев я искал мебель и аксессуары: привозил их из Парижа, Антверпена, Майами, многое, разумеется, нашел в Нью-Йорке. Дизайн 1960-х хорошо согласуется с заданной палитрой. Заказчики обладают серьезной коллекцией современного искусства, преимущественно латиноамериканских авторов. Уже на этапе работы над планировкой мы вместе с клиентом определяли место для каждой работы, придумывали, как произведения будут взаимодействовать друг с другом — признаюсь, это был болезненный процесс. А вообще для среднестатистического человека я советую обращаться с артом очень аккуратно, академично. Или, напротив, сгруппировать провокационный ансамбль, столкнув разные по цвету, технике и стилистике картины. Худший из вариантов — когда на стене виднеется одна-единственная крошечная картинка».

«Уже на этапе работы над планировкой мы вместе с клиентом определяли место для каждого произведения искусства».

«Роскошь применительно к интерьеру — не дворцовый зал и не сьют пятизвездочного отеля, — озвучил нам свою философию дизайнер. — Роскошь — это стиль. А также ремесленное качество, которое ощущается при первом же взгляде. Чего я советую избегать, так это штампов и крена в сторону некоего компонента: например, когда все только в дереве, или в бежевом цвете, или много вещей в одном стиле от одного и того же производителя. Еще очень важно уважать пространство, которое ты декорируешь. Хотя это вовсе не значит, что в историческом здании запрещено создавать современный интерьер».

Один из фаворитов Криса Коулмена — синий. Дизайнер смело использует синие оттенки в спальне. Слева: кресло Showtime дизайна Хайме Айона для BD Barselona.

Крис Коулмен известен как талантливый колорист. Вот его совет:  «Чаще обращайте внимание на комбинации оттенков, которые предлагают авторитетные интерьерные издания и топовые модельеры, фиксируйте их в мудбордах и альбомах. Не доверяйте образцам красок на бумаге, которые вы видите в магазинах, обязательно сделайте пробный выкрас, на листе картона, а еще лучше прямо на стене. Он может быть небольшим, допустим 10 х 10 см. Посмотрите, как краска выглядит при разном освещении, пригласите всех членов семьи, обсудите свои впечатления. Очень важно, чтобы цвет вам по-настоящему нравился».

Коулмен разыскивает вещи в духе Понти по всему миру. А если не находит — проектирует сам. В данном случае таким объектом стал ковер в гостиной.


«Какой бы проект я ни делал, в нем так или иначе сказывается влияние Джо Понти, — признался нам Крис Коулмен. — Он мой учитель и гуру в дизайне». Джо Понти (1891–1979) великий итальянский художник, архитектор, дизайнер, издатель, эссеист. В свое время Коулмен даже специально отправился в Каракас, где внимательно исследовал парящую над городом виллу «Бабочка», одну из самых удачных работ мэтра; она построена в 1956 году. Уникальный памятник, где всё, от стен до тарелок, сделано одним автором.

Понти был поклонником рукотворного, ценил ремесло. Он накладывал тон на тон и орнамент на орнамент, почти ни одной поверхности не оставляя без декора. На полу создавал килт из разноцветных мраморных плит, потолки расчерчивал диагональными полосами, покрывал столы геометричным цветным узором. Понти любил алмазные грани, применял мотив бриллианта и в декоре, и в мебели, и даже в архитектуре — стоит взглянуть на его 32-этажную башню Пирелли в Милане.

Коулмен разыскивает вещи в духе Понти по всему миру. А если не находит — проектирует сам. В данном случае таким объектом стал ковер в гостиной.

«Обязательным условием заказчики поставили приобретение кухни Poggenpohl и бытовой техники Miele: в этой семье любят готовить и на кухонной территории доверяют только немецким брендам.»
Теги:
Автор:
Фото:
Manolo Yllera