Робер Кутюрье (Robert Couturier): декоратор-аристократ

Робер Кутюрье (Robert Couturier): декоратор-аристократ

Робер Кутюрье (Robert Couturier) — декоратор, который c состоятельными заказчиками говорит на одном языке. Неизменно входит в топ-десятку самых разнообразных декораторских рейтингов. Автор масштабных проектов по обе стороны Атлантики, он обладает уникальным опытом оформления роскошных американский резиденций.

Кутюрье — единственный отпрыск аристократического рода, рос в XVI округе Парижа, в доме бабушки, как музей, наполненном драгоценным антиквариатом. Его детство пришлось на 1950-е. «Тогда Париж был городом из XIX века. Мы не ходили по магазинам. Одежду шили по меркам у портного. И не очень-то общались с простыми людьми. Общество было страшно разделено — почти как в Индии». Учился в закрытом пансионе, потом — в знаменитой школе дизайна Камондо. Но еще подростком побывав в Нью-Йорке, влюбился в динамику этого города и в возрасте 25 лет перебрался туда (хотя и сохранил французское произношение своего имени Robert). В 1981 году основал собственную декораторскую фирму. Судьба Робера Кутюрье круто изменилась в 1987 году, когда миллиардер финансист сэр Джеймс Голдсмит, который мог бы нанять любого профи в мире, доверил 32-летнему Кутюрье реконструкцию, оформление и последующее обновление 20 000 акров своего королевства на тихоокеанском побережье Мексики. Декоратор должен был заниматься дворцом со сводами под названием Ла-Лома, многочисленными виллами и разнобразными домами для гостей. Позднее Кутюрье завершил грандиозную картину, оформив салон Boeing 757,  таунхаус на Манхэттене и французский замок Голдсмита.

«Он ненавидит современный стиль», — написал один критик. Но когда «ИНТЕРЬЕР+ДИЗАЙН» спросил декоратора, откуда такая неприязнь, Робер Кутюрье возмутился: «Меня неправильно поняли! Просто я пытался подчеркнуть значение классики. Ни одно творение не свалилось на нас с неба. Каждая хорошо сделанная вещь, тот же стул, содержит в себе всю историю этого предмета, включая романские образцы и разных людовиков. Он — этап эволюции дизайна. Мы живем в своей эпохе. Поэтому рабские, дотошные воспроизведения стилей сегодня недопустимы. Они скучны, а скука — это смерть. Единственный способ сохранить классике жизнь — объединять ее с современными элементами».

У входа в спальню дочери: консоль George и зеркало Bubble, диз. К. Макинтайр и Б. Хантцингер, студия Oly. На полу ковер The Rug Company по дизайну Дианы фон Фюрстенберг

Двадцать лет декоратор прожил в респектабельном Верхнем Ист-Сайде. Но потом решил упростить себе жизнь и объединить жилье с работой, для чего нашел дуплекс в Сохо: на одном этаже устроил офис, квартиру — на другом. Модный район нравился Кутюрье, однако его бизнес вскоре так разросся, что пришлось перенести личную резиденцию в один из новых домов со сплошным остеклением и открытой планировкой. «Я провел там ужасный год. Был сам не свой». Кутюрье вернулся в Сохо. Но до сих пор словосочетание «опен спейс» вызывает у него ужас (похоже, что упреки в нелюбви к современному стилю не беспочвенны). «У американцев такие забавные апартаменты: они объединяют гостиную с кухней! Французы на кухне никогда жить не станут, мы не так воспитаны. Впрочем, я не собираюсь существовать, как моя бабушка, и другим не советую — американская неформальность гораздо приятнее. Важно определить ее границы. И стены играют в этом важную роль».

Новый заказ — роскошные апартаменты в центре Манхэттена — стал для маститого декоратора Робера Кутюрье настоящим экзаменом. 

Обычно к Роберту Кутюрье обращаются с заказами как к тонкому знатоку эклектики. Он как никто другой умеет создать изысканный, выверенный микс из мебели и элементов декора разных эпох. Поэтому пожелание заказчицы — супруги крупного польского бизнесмена — сначала обескуражило Робера: она хотела, чтобы их с мужем новые апартаменты в одном из небоскребов Верхнего Ист-Сайда были оформлены в суперсовременном стиле. «Все остальное у них уже есть. Они владеют квартирой в Варшаве, виллой на берегу живописного озера в Польше, недвижимостью в Женеве, на Сардинии, а также роскошной яхтой. И все это оформлено в разных стилистиках». Робер воспринял заказ как вызов собственному профессионализму и ради этого, в порядке исключения, изменил своей любви к классике. Он решил, что, создавая интерьеры (общей площадью в 420 квадратных метров), будет отталкиваться от впечатления, которое произвела на него хозяйка.

Вид на столовую. На стене слева работа польского художника В. Фангора. Кресло Fredersen Miami Wingchair, диз. голландцы Й. Кранен и Й. Жиль, 2007, 12 экз. (лондонская галерея Fumi).

 «На нашей первой встрече она появилась безупречно одетая, вся в белом, короткая стрижка, прическа волосок к волоску». Этот образ — немного холодной, отстраненной, хорошо контролирующей себя женщины — Кутюрье передал в общественной части квартиры. Белоснежные стены, светлые полы, панорамные виды — атмосфера напоминает галерейное пространство. Приватная часть сознательно сделана более теплой и душевной, но не менее шикарной: здесь также преобладают предметы галерейного дизайна. «Моя клиентка оказалась удивительно легкой в общении, но одновременно аристократичной. Она привыкла к шику: путешествуя, берет с собой по меньшей мере шесть чемоданов от Louis Vuitton». Заказчики планировали бывать в Нью-Йорке лишь наездами, чтобы проведывать дочку-студентку, поэтому просили создать для нее в квартире отдельную — более молодежную — зону. Дочкина часть оформлена в менее формальном варианте, с элементами поп-арта. Каждое помещение квартиры, включая пять ванных и два гостевых санузла, получило у него индивидуальный облик. «Некоторые клиенты хотят, чтобы все комнаты были единообразными, но я нахожу это странным. Тем более когда комнат так много».  

«Некоторые клиенты хотят, чтобы все комнаты были единообразными, но я нахожу это странным. Тем более, когда комнат много.»

Большая часть мебели и аксессуаров в интерьере, созданном Кутюрье, — вещи галерейного уровня, авторские работы, выпущенные в единственном экземпляре или ограниченным тиражом. Обычно такие коллекции складываются годами. Но, по словам Робера, все было куплено буквально за несколько дней. В Нью-Йорке они побывали в галереях Барри Фридмана, Кристины Грахалес, Лиз О’Брайн, Пола Касмина. В Париже — у Ива Гасту, Пьера Пасбона, Алена Элькабаса, Александра Бьяджи. Заказчица, не раздумывая, приобретала то, что рекомендовал ей декоратор. Отдельные предметы были изготовлены специально для этого интерьера. Большая часть диванов и кроватей выполнена по эскизам самого Кутюрье в лионском ателье Шарля Жуффра. Панели с изображением Нью-Йорка, украшающие стены хозяйской спальни, изготовили в Лондоне, в ателье Based Upon. А керамическая ширма, украшающая гостиную, заказана у художника Питера Лейна через нью-йоркскую галерею Cocobolo.

Один из любимых приемов Кутюрье — симметрия. Она характерна для парадных классических интерьеров. Здесь, в современной среде, декоратор применил ее неполную версию. Подушки на диване, лампы по краям, кресла напротив, диптих на стене — все это расставлено и развешено парами, что упорядочивает асимметричное по форме помещение и придает ему торжественный облик. 

Ванная комната, одна из пяти имеющихся в квартире, оформлена лаконично, в черно-белой гамме.

Теги:
Автор:
Фото:
Gianni Franchellucci, Chris new, предоставлены пресс-службой декоратора