Тадао Андо: «простые дома» для миллиардеров

Тадао Андо: «простые дома» для миллиардеров

Тадао Андо (Tadao Ando, р. 13 сентября 1941) — японский архитектор, притцкеровский лауреат, настоящий поэт бетона, как никто умеет обращаться с пространством. Кто хоть раз был в построенном им здании, не забудет этот опыт никогда. Его имя у всех на устах, ведь в ближайшее время ему предстоит перестройка здания парижской Биржи для французского миллиардера Франсуа Пино.

Архитектор проектирует очень много, сегодня полный список проектов, от крупных до самых крошечных, давно перевалил за 150. Масштаб его дарования и уникальность подхода очевидны. Все, построенное Тадао Андо, можно разделить на четыре большие группы: жилые дома, храмы, музеи и грандиозные эффектные реконструкции, сделанные по заказу Франсуа Пино.

Парижская Биржа, реконструкция Тадао Андо.

Помимо традиционных японских храмов, Тадао Андо создал несколько построек для христианских общин. Например, «Церковь Света», построенная в 1989 году в маленьком городке Ибараки, и церковь в Таруми. «Церковь Света» — три бетонных куба со стенами толщиной 38 см. В кубе, в котором расположен собственно зал для литургии, крест образует узкие отверстия в стене, через них бьет яркий дневной свет, и внутри этот архитектурный прием читается как очевидный христианский символ.

Иногда Тадао Андо может сделать ставку на простую бинарность и получить неожиданно выразительный образ — так случилось в техасском Музее современного искусства в Форт Ворте: архитектор возвел два абсолютно одинаковых павильона. Тадао Андо умеет создавать «простые дома» — известно, что построенные им жилые комплексы Рокко (Rokko Housing One, 1983, и Rokko Housing Two, 1993) в Кобэ — бетонные домики-ячейки, не пострадали во время землетрясения 1995 года.

Храм воды на острове Авадзи, проект Т. Андо.

Конечно, работа в Венеции над двумя музейными площадками для фонда Франсуа Пино вписала особую главу в карьеру Тадао Андо. Сначала архитектор невероятно тонко обошелся с Палаццо Грасси (2006). В исторический интерьер деликатно ввел бетон, стеклянные двери, суперавангардную металлическую фурнитуру — и при этом продемонстрировал подчеркнуто бережное отношение к аутентичным стенам XVIII века.

The Poly Grand Theatre в Шанхае, 2017.

«Я думаю, что архитектура — это всегда борьба».

За палаццо Грасси последовал второй венецианский проект для Франсуа Пино — экспозиционная площадка Пунта делла Догана (2009) — реконструкция здания венецианской Таможни потребовала еще большего драйва и изобретательности. Архитектор справился блестяще: никакое выставленное там современное искусство, даже самое пронзительное или эстетское не способно заглушить архитектурный образ. Что бы там ни демонстрировали кураторы Пино, архитектура всегда производит более сильное впечатление. Именно поэтому французы ждут, что именно сделает японский мастер с историческим зданием Биржи, Пале Броньяр зданием, построенном в 1807-1826 архитектором-неоклассиком Александром-Теодором Броньяром — важным памятником парижской архитектуры первой половины XIX века.

О бетоне Тадао Андо иногда говорят, что он гладкий, как шелк. Архитектор объясняет, что качество конструкции не зависит от самого состава, а зависит от формы, в которую бетон влит. Благодаря развитой традиции деревянной архитектуры в стране уровень ремесленного мастерства в Японии очень высок. Деревянная форма может быть настолько идеальной, что ни одна капля не вытечет из швов. Необходимы водонепроницаемые формы, иначе будут появляться полости, и поверхность может дать трещину.

Музей современного искусства Benesse Museum, Япония, 1992. Внутри — открытый овальный двор для медитаций с прудом посередине. Крыша засажена травой.

Именно благодаря безупречным формам, которые делают японские столяры, бетон Тадао Андо выглядит, как шелк. А круглые отверстия, оставленные в бетоне болтами, которые держат опалубку вместе, давно стали фирменным знаком архитектора — будь то Павильон для медитаций в саду UNESCO (1995, Париж) или Павильон для конференций на кампусе швейцарской компании Vitra (1993, Вайль-на-Райне, первая постройка Тадао Андо в Европе).  Эксперты признают, что бетон Тадао Андо — это всегда конструкция и поверхность и никогда не камуфляж или штукатурка. Тадао Андо любит материал, который совсем не характерен для Японии.

Музей искусств префектуры Акита (Akita Prefectural Museum of Art), проект Т. Андо, 1967. На стене отлично видны фирменные круглые отверстия.

«Большинство домов в Японии строятся из дерева или картона: в том числе и мой собственный, — говорит архитектор. — Я живу в нем с детства, это моя пещера, мне в ней комфортно». (У Тадао Андо был брат близнец, но Тадао родился первым. Когда братьям было два года, семья решила, что Тадао заберет бабушка, он взял ее фамилию Андо. Сначала они поселились недалеко от порта Осаки, а потом перебрались в дом, где Тадао живет и сейчас). В детстве Тадао Андо наблюдал за работой столяра, ему нравилось придавать дереву форму. Он подмечал, как растет дерево, что с ним делает солнце, научился определять качество древесины. И, по собственным словам, постепенно начал понимать связь между формой и материалом, из которого она сделана.

Интересно, что Тадао Андо — полный автодидакт. Выучился профессии самостоятельно. В детстве Тадао Андо много времени проводил на улице и загородом на природе. С 10 до 17 лет увлеченно клеил модeли кораблей, аэропланов, много лепил, учился у столяра, мастерская которого находилась через дорогу от его дома. В юности попробовал начать карьеру боксера, не пошло. Потом занялся самообразованием и овладевал умениями, работая у профессионалов, дизайнеров и архитекторов-градостроителей.

«Я никогда не был хорошим студентом и всегда предпочитал изучать предмет самостоятельно, вне школьных стен. В 18 лет я начал последовательно объезжать храмы в Киото и Наре, городах, которые славятся обилием памятников традиционной японской архитектуры». Известно, что еще раньше со школьной экскурсией Тадао Андо посетил Императорский отель в Токио, и знаменитый корпус отеля, построенный по проекту Фрэнка Ллойда Райта, произвел на него сильное впечатление.

«Вообще я изучал архитектуру, находясь в самих зданиях и читая о них книги». В 1960-х годах Тадао Андо совершил путешествия в Европу и США  для того, чтобы также своими глазами увидеть и проанализировать все важнейшие памятники западной архитектуры. Во время этих вояжей он выработал привычку делать зарисовки в блокнотах и продолжает вести такие дневники архитектурных впечатлений до сих пор.

«Во всех моих работах свет является важным фактором. Я создаю замкнутые пространства с толстыми бетонными стенами. Отгороженный от городской жизни интерьер должен быть самодостаточным».

Однажды в букинистическом магазине в Осаке Тадао Андо попалась книга о Ле Корбюзье. Чтобы ее купить, молодому человеку пришлось копить деньги несколько недель. «Я рассматривал его чертежи так часто, пока страницы не почернели. Тадао Андо признавался, что в его сознании Корбюзье — эталон, он как бы все время смотрит на проекты и архитектуру его глазами, прикидывает, что Корбюзье сказал бы о том или ином проекте. Когда Тадао Андо приехал в Марсель, разумеется, он отправился смотреть «Жилую единицу» легендарного Корбю и был поражен динамикой, которой обладал бетон в трактовке Корбюзье. Бетон, сталь и стекло — любимые материалы Тадо Андо. Дерево он использовал всего в нескольких проектах, в том числе в Павильоне Японии на Expo 92 в Испании. Вернувшись в Осаку в 1968 году, он основал собственное архитектурное бюро Tadao Ando Architects and Associates.

Теги:
Автор:
Фото:
предоставлены пресс-службами